- Так. Значит, вы человек популярный?

- Можно и так считать, - скромно потупился Сергей Варфоломеевич. - Во всяком случае, я не сам себя назначил на пост председателя...

- Ну, это понятно, - кивнул Перекресов. - А до этого поста что делали?

Сергей Варфоломеевич перечислил как будто все свои должности.

- Ну, это, так сказать, руководящая деятельность, - улыбнулся секретарь обкома. - А где вы работали, пока вас не узнали массы?

- Это сейчас вот, вдруг, и не вспомнишь, - затруднился Сергей Варфоломеевич. - Вообще-то трудно сказать...

В разговор опять вмешался кучер.

- Я так понимаю, - посмотрел он на секретаря обкома, - что вас интересует, где Сергей Варфоломеевич находился с молодых лет?

- Ах, с молодых лет, - сказал Сергей Варфоломеевич. - С молодых лет, просто с детства, я учился в школе. И, по желанию родителей, кроме того, проходил обучение у портного в сельской местности. Потом я поступил в столярную мастерскую и вскоре на маслозавод...

- А портняжному-то ремеслу научились? - спросил Перекресов.

- Как сказать...

- Ну допустим, можете себе сами сшить рубашку? - поинтересовался кучер и опять усмехнулся.

- Не вижу пока такой надобности, - сверкнул глазами Сергей Варфоломеевич.

Ему хотелось выругать Григория Назаровича, поставить его, как полагается, на место. "Это уж какая-то комедия получается, - сердито подумал он. - Нечего из меня комедию строить. Заговорили о Тишкове и вдруг на меня перешли". Но тут же у него мелькнула тревожная мысль: может, и Григорию Назаровичу уже заметно, что под него, Сергея Варфоломеевича, где-то подводят мину. От этого, может, и осмелел. Григорий Назарович вообще-то тихий мужик. Все может быть. Однако сдаваться нельзя. Нельзя себя слишком низко ставить. И Сергей Варфоломеевич спросил: